gototopgototop

День рождения
( 0 Голосов )

alt

 

Всё, стоп. С размаха о бетонную стену. Приехали.

Остановиться, оглянуться. Позади половина жизни (или  даже две трети, тут уж как повезет), «как мало пройдено дорог, как много сделано ошибок»…

А собственно, что произошло? Проснулась рядом Он. Интерьер вполне Ему соответствует: евроремонт, экзотические растения. Сама вся такая из себя: шелковое белье, на голове художественный беспорядок (смотрюсь в зеркало на потолке). Деловая, успешная (в зеркало не видно, но подразумевается). Спрашивается: что бабе нужно? Ответ известный: с жиру бесится.

Вчера на улице встретила Вовку. Столкнулись нос к носу. Кошмар! В принципе, могла бы его и не узнать, двадцать лет прошло, все-таки. Сам меня узнал.

- Лена-а-а?… - Неуверенно, изумленно, восторженно, жалобно...

 

Ну да, Лена. Странно, вообще-то, неужели совсем не изменилась? Была темно-русая, стала «натуральная блондинка», была пухлая и рыхлая, стала сухая и стройная (уже давно, еще после первых родов, но он-то этого не видел).

Улыбнулась вопросительно, согласно ситуации. Не могла же показать, что душа ушла в пятки, а ладони стали мокрыми и холодными. В голове заработал «двухъядерный процессор»: что делать, что говорить, как поступить, куда деваться…

- Лена, это же я, Володя! Ты меня не узнала?! Ну, Володя Махов, одноклассник! Помнишь, мы с тобой пять лет за одной партой сидели?! Помнишь, мы же дружили! Выпускной помнишь?! И потом…

Сделала вид, что только теперь узнала. Широко улыбнулась.

- Ну, привет. Сколько лет, сколько зим. Ты откуда здесь? Как дела, чем занимаешься?

Господи, какая пошлость. Как все банально. Шрам на запястье заныл сработала ассоциативная память. Глупо, конечно, резать вены из-за одноклассника, пусть и самого красивого в школе. Но когда из сердца вырывают часть тебя, это так больно, что хочется сделать еще больнее чтобы больше ничего не чувствовать вообще.

- Ленка, это чудо! Это ведь невозможно, что мы встретились! Ты совсем не изменилась! (Врет, конечно, знаю, что изменилась, причем в лучшую сторону). Давай где-нибудь посидим! Такое бывает раз в жизни, Лен! Я никогда не думал, что увижу тебя здесь, в Москве! (А где ты думал меня встретить? В нашем Мухосранске, учительницей начальных классов, замужем за спивающимся неудачником Сидоркиным? Было такое дело. Было да сплыло).

Черт меня дернул заехать в этот супермаркет. Ритка сказала, что видела здесь какое-то необыкновенное вино захотелось угостить сотрудников в собственный день рождения. Сказали, что с меня - только выпивон, все остальное коллеги берут на себя. Столы, надо полагать, уже ломятся, а я здесь застряла… Ничего себе, подарок ко дню рождения!

- Давай, я поймаю такси, Лен! Здесь недалеко я знаю чудесное кафе, недорогое, но кормят замечательно! Тебе понравится!

- Я на машине, не волнуйся. У меня есть немного времени, можем поболтать. Есть я не хочу, а кофе выпью с удовольствием…

Ну что ж, ради этого момента стоило здесь оказаться: при виде моего автомобиля лицо бывшего одноклассника вытянулось, а глаза, наоборот, округлились. Мужественный и по-прежнему красивый Володя Махов стал глупым и жалким, почему-то засуетился и  разволновался.

 

- Хорошая машина. Твоя?

 

А чья же? Подарок любимого мужчины. Моего, дорогой, у меня нет ничего. Все мое осталось в Мухосранске, даже дети.

 

Уверенно подкатила к «Родео» - люблю этот бар. Пискнула сигнализацией. Окунулись в полумрак и волшебный аромат «французской ванили» - моего любимого сорта кофе. Под восторженным взглядом Махова чувствовала себя неуютно почему же ты никогда не смотрел на меня так раньше, милый? Что тебе мешало? Моя полнота? Стоптанные туфельки с ноги старшей сестры? Мама посудомойщица и папа сторож на трикотажной фабрике?..

 

- Лена, я до сих пор не верю! Ты знаешь, постоянно тебя вспоминал. Мы тогда так нелепо расстались…

 

Ну да, ты сообщил, что любишь другую. Пожелал мне счастья, здоровья и успехов в личной жизни. И женился на Светке Носовой дочери директора этой самой трикотажной фабрики.

 

- Да ладно, что теперь вспоминать. Расскажи лучше, как сам. Надолго ли в Москву, чем вообще занимаешься по жизни? Как жена, как дети?

 

- Леночка, если бы ты знала, как я рад тебя видеть… Я ведь тебя искал, честное слово! Лет пять назад был у нас, но тебя не застал. Наши никто про тебя ничего не знает. Ну, про Сидоркина рассказали. Детей показали такие славные… А Светка так и не смогла родить. Где только не лечилась. У меня-то все нормально, я проверял. Ну, и проверил… Сыну сейчас одиннадцать лет, помогаю. Светка к нему очень хорошо относится, ты не думай. Я ведь и не скрывал… А о тебе постоянно думал. Мне показалось, ты тогда обиделась?

 

Интересно, идиот или притворяется? В пятом классе я сама попросила, чтобы нас посадили за одну парту. Каким-то образом об этом стало известно одноклассникам, и почти год надо мной не потешался только ленивый. Стиснув зубы, терпела все подколки и несчастный вид самого «виновника торжества» - как же, вынужден сидеть рядом с этим чучелом, то есть со мной. К восьмому классу мы стали неразлучными, и уже сами не хотели сидеть за разными столами. Нас воспринимали, как одно целое, звали то «подружками», то «дружками», а я ведь любила его самой невозможной в мире любовью, замирала от каждого случайного прикосновения, не могла надышаться его запахом и мечтала, что после окончания школы мы сразу поженимся.

 

Он не воспринимал меня как свою потенциальную девушку (все-таки я по причине девичьей скромности скрывала свои чувства). Скорее, я была для него «своим парнем», потому что он рассказывал мне о каких-то своих увлечениях, о первом сексуальном опыте с известной в городе девицей легкого поведения, о дальнейших похождениях на этом поприще. Наверное, ему даже не приходило в голову, какую он причиняет мне боль, а разглядеть рядом с собой влюбленную по уши и готовую на все будущую «подругу жизни» просто не смог.

 

К выпускному вечеру я решилась. Один Бог знает, как мне удалось подготовить «плацдарм», куда я всеми правдами и неправдами в разгар праздника заманила своего любимого, в буквальном смысле оторвав его от Носовой. Я заставила его быть со мной, чему он несказанно удивился. Но я была так счастлива, я отдала ему себя так искренне, радостно и самозабвенно, что это не могло не польстить мужскому самолюбию, и мы стали «жить».

 

Старенькие мама и папа (мы с сестрой очень поздние дети), хоть и были в шоке, но потеснились и выделили нам угол в нашей крошечной двухкомнатной квартирке. Сестра (у нас с ней разница два года) ушла жить в общежитие трикотажной фабрики, а я буквально парила с гордо поднятой головой, и все ждала, когда же Вова сделает мне предложение. Три года продлилось счастье я успела окончить с отличием педучилище, он учился на третьем курсе политехнического института, как вдруг известие о его женитьбе на Светке…

 

До сих пор не понимаю, как это могло случиться. Носова, конечно, всегда бегала за ним, но после школы уехала учиться в Ленинград, два года ее не было. А в то лето приехала на каникулы: разбитная, красивая, шикарно («не по нашему») одетая. Они и виделись-то пару раз, не больше, а как-то успели сговориться за моей спиной.

 

Меня на свадьбу, кстати, пригласили. Но я не пошла, а просто перерезала себе лезвием вены на левой руке. Я тогда не знала, что резать нужно вдоль, а не поперек, и что желательно при этом лечь в теплую ванну да и ванны у нас никакой не было. Сидела себе на табуретке и смотрела, как кровь стекает на крашеный пол. А потом ничего не помню. Очнулась уже в больнице, под капельницей. Организм молодой был, выкарабкалась. А нашла меня сестра забежала за чем-то домой, она же и «Скорую» вызвала…

 

Молодые уехали в Ленинград, Махов перевелся туда. Больше я его не видела. Через три года вышла замуж за ветеринара Сидоркина, который лечил мою кошку, родила подряд двоих детей, Сашку и Дашку, работала в школе. Жизнь шла себе и шла, не лучше и не хуже, чем у других. А пять лет назад…

 

- Ленка, а нам ведь уже под сороковник, хотя по тебе, конечно, этого не скажешь…

 

Спасибо за комплимент, красота сейчас покупается так же, как колбаса: есть деньги - питаешься дорогими деликатесами, нет денег обходишься бумажной «Докторской», но тогда не жалуйся на больной желудок.

 

Смотрю загадочно, сквозь ресницы. Наслаждаюсь триумфом. Звон фанфар, литавры, барабаны так, кажется, описывают это состояние души маститые писатели. Вижу нас со стороны: Вова типичный командировочный с потертым дипломатом, зажатым коленями, на макушке довольно заметная лысина, седые височки… Красив, бесспорно, но потрепан и неухожен. И Лена только что из парикмахерской платиновая блондинка, изысканный макияж, дорогие духи, стильная одежда, новые туфли, сумочка в тон. Он-то забыл, что у меня сегодня день рождения, но пусть думает, что я всегда такая. Собственно, так и есть, просто день сегодня особый, поэтому слегка принарядилась…

 

Молодой официант уже третий раз приносит крошечные чашечки с кофе, косится на моего спутника и каждый раз презрительно хмыкает. Меня-то он хорошо знает, и Его тоже мы часто здесь бываем. Смотрю на нахального мальчика укоризненно делает виноватое лицо и быстро удаляется. Правильно, не ваше официантское дело, с кем я пришла. Это мой подарок судьбы ко дню рождения нужно сделать вид, что понравилось, и сказать «спасибо», как поступают вежливые девочки…

 

- Ты знаешь, сначала всё было хорошо у нас. Окончили свои институты, начали работать. А потом вся эта демократия завертелась, тестя сняли, многие тогда от нас отвернулись, Светку даже с работы попросили ее туда отец в свое время устраивал. Квартиру пришлось продать, купили поменьше а куда на двоих  такие хоромы? Деньги вложили в бизнес, прогорели без опыта. Да и не мое это, как я понял. На лечение и всяких бабок-гадалок много денег ушло Светка от бесплодия все время лечилась. Потом у меня Ванька родился, так он все время у нас практически. Светку «мама-большая» зовет она, ты знаешь, так поправилась от всех этих гормонов… А его мать Виктория, бухгалтер с моей конторы, не против. У нее тоже жизнь не сложилась, она старше меня, сказала, что для себя рожает. Они со Светкой сейчас лучшие подруги, а я…

 

Слезы на глазах. Делаю сочувственное лицо правда, Вову жалко.

 

Эдак, пожалуй, не покинь я пять лет назад родной Мухосранск, мог бы меня разжалобить, и бросила бы я своего Сидоркина (все равно все к тому шло), забрала детей подмышку, да и плюхнулась бы в омут с головой на шею к бедному Вове Махову, старой нержавеющей своей «любови». Разменяли бы его со Светкой двухкомнатную квартиру в старом, двести лет не ремонтируемом петербургском доме, мою с Сидоркиным халупу, года через три путем сложных обменов поимели бы свое собственное «жилье» - да и разбежались бы, наверное, потому что нормальный человек всего этого выдержать не может...

 

- А я смотрю, ты неплохо устроилась? Никогда бы не подумал, что нам, периферийным, в Москве можно так подняться! Где ты сейчас?

 

Да, а где я сейчас? Сижу вот тут с тобой в «Родео», пью уже пятую чашку кофе, а на работе, наверное, поднимают бокалы (то бишь одноразовые пластиковые стаканчики) за мое здоровье. Меня ценят в издательстве, где я уже пять лет работаю. Начинала с офис-менеджера, доросла до первого заместителя директора с прицелом на его место, когда тот уйдет на пенсию. 

 

Первое время жила в пригороде (платформа Березки), снимала угол у древней старушки. Вставала в пять утра, к восьми на работу в издательство. Ехала в битком набитой электричке и думала: «Как же это я на это решилась? Как же это я смогла оставить все, включая детей, на Сидоркина с сестрой, и уехать в никуда, в столицу, не имея здесь ни одной живой  знакомой души?»

 

Почему я это сделала? Сидоркин пил, от него пахло псиной, дети подросли и сутками пропадали у своей тетки, моей сестры, к тому времени матери-одиночки. Какой-то у них образовался свой конгломерат, где мне не было места. Я мешала, меня не любили, не любила и я. Пусто мне было жить, холодно и одиноко. Хуже этого не могло быть ничего, поэтому было совсем не страшно. В один прекрасный понедельник я взяла паспорт, дипломы (к тому времени окончила заочно филологический факультет местного пединститута), половину зарплаты из комода и пакет с кое-какими вещами, обручальное кольцо оставила в блюдце на кухонном столе, написала Сидоркину невнятную записку и закрыла за собой дверь.

 

А потом была Москва, Ленинградский вокзал,  платформа Березки, баба Маня. Я, голодная и уже без денег, ехала в электричке, куда глаза глядят, а она пинками вытолкала меня  из вагона и поселила у себя в развалюхе за занавеской. 

 

У бабы Мани через пару недель я отъелась, привела себя в божеский вид. А однажды надела лучший свой костюм и как-то сразу устроилась в  издательство аккурат неподалеку от Ленинградского вокзала. Работа захватила полностью, поэтому новости из родного Мухосранска я воспринимала как сквозь толщу воды: отстранено и в искаженном виде: Сидоркин больше не пьет, живет с моей сестрой, теперь у него своя ветеринарная клиника (народ просто помешался на собачках и попугайчиках), у них родился еще один ребенок, дела идут отлично, все счастливы, всем хорошо, включая меня.

 

А два года назад появился Он…

 

-  Мне иногда кажется, что я что-то в своей жизни сделал не так. Ты понимаешь? Только не могу понять, когда, в какой момент. Сейчас как-то все устаканилось работаю на фирме, стабильная зарплата, Ванька растет, Светка тоже работает, все при деле. А одно время было очень тяжело, думал, повешусь, честное слово. Ну, не видел смысла в жизни, пока Ванька не родился, - сейчас-то ради него живу. Все тебя вспоминал. Хорошо мне с тобой было, правда. Может, надо было на тебе тогда жениться, а? Может, в этом вся неправильность?..

 

Просто холодом обдало! Представила себе эту жизнь: муж-красавец, никак не приспособленный к изменившимся реалиям, я, влюбленная дура, дети… Ну да, дети были бы красивые, да и я, конечно, по-своему счастлива, но никогда не узнала бы вкус «французской ванили», не ездила бы на такой машине, не оценили бы меня в моем издательстве и не было бы Его… Нет, Он, конечно, был бы, но не со мной. Именно в этом и заключалась главная неправильность, а не в том, что когда-то мы с Маховым не поженились!

 

…Он стал клиентом нашего издательства. Когда я Его первый раз  увидела, то подумала, что таких мужчин на самом деле в реальности не бывает: высокий, утонченный, с изысканными манерами, элегантный до кончиков ногтей… Не красавец, нет, до Махова ему было далеко, но как же далеко до него было Махову!..

 

Я потеряла голову. Напрочь. Приятельница Ритка говорила мне, чтобы я успокоилась на его счет, что любая готова пойти с ним только за один взгляд, но он ни на кого даже не смотрит наверное, голубой, а если и нет, то я далеко не длинноногая нимфетка…

 

А Он пригласил меня в ресторан. И долго держал мою ладонь в своих руках, потом на прощание поцеловал в висок и было в этом поцелуе столько нежности, что я заплакала.  Он остался в моей однокомнатной квартирке, которую я снимала. И мы были счастливы.

 

Почему я? Не красавица, не молодая, с нелегким жизненным багажом? Часто расспрашивала потом, но Он отшучивался. Вроде бы напомнила Ему Его первую жену,  которая умерла несколько лет назад при родах, ребенка тоже не спасли. Жил, как в тумане, вдруг я. Вот так все и получилось. Так бывает, теперь я точно знаю.

 

Имел все, и все это бросил к моим ногам. Но работать не запретил. Запретил только детей привозить в Москву: «Хочешь можешь ездить туда сама. Сюда не нужно. Здесь будут жить только мои дети. Или не будет никаких». И еще сказал, что распишемся мы после того, как я рожу. Если нет тоже ничего страшного, просто будем жить в гражданском браке. Ну, такой у него пунктик после смерти жены. Мне это не мешает…

 

- Леночка, милая… Я понимаю, это бред, но если… Ты могла бы начать все сначала?! А вдруг получится?! И мы еще будем…

 

- Я счастлива, Володя.

 

До свидания, привет жене. Меня ждут на работе, меня ждет мой любимый, моя жизнь течет совершенно по другому руслу, и никогда с твоей больше не пересечется…

 

И был фуршет-банкет в издательстве, и роскошное кольцо с бриллиантом в подарок от любимого, и ужин при свечах, и сказочная ночь любви. Но почему же я проснулась сегодня, словно от удара, и откуда это ощущение надвигающейся катастрофы? И чувство, будто что-то сделано в жизни не так, и Он, мирно спящий рядом, совсем не радует…

 

Поднялась, тихо собралась. Паспорт, дипломы, кредитка, пакет  с вещами… Кольцо оставила в блюдце на кухонном столе. Дежавю что-то такое уже когда-то со мною было.

 

«Как мало пройдено дорог, как много сделано ошибок». Ну что же, будем исправлять время еще есть. Спасибо тебе, Махов, возникший из небытия. Спасибо, судьба, за подарок ко дню рождения...  

 

 (1995 год)

 
Понравилось? Поделись с другими:

Уважаемый гость! Если Вы хотите отправить свой отзыв о прочитанном автору - воспользуйтесь, пожалуйста, формой  обратной связи.

 

 

 

Войти на сайт



Обратная связь


Работает на Joomla!.
Warning: call_user_func() expects parameter 1 to be a valid callback, function 'tdo' not found or invalid function name in /home/host1274832/ladies-news.ru/htdocs/www/templates/themza_j15_86/html/pagination.php on line 153
Valid XHTML and CSS.

2